Пресса Антоний и Клеопатра | Комик-Трест

© St.-Petersburg theatre company «Comic-Trust», 2019.

Website design was developed by the creator of the Comic-Trust Vadim Fisson and has been carefully preserved

Пресса о спектакле «Антоний и Клеопатра»

ВЕЧЕРНИЙ ПЕТЕРБУРГ №89 19 мая 2004 г. 

 
Жанна ЗАРЕЦКАЯ 

Мумия возвращается, или добро пожаловать на войну!

Клоуны товарищества Комик-трест, сыграли в Петербурге премьеру «Антония и Клеопатры» Спектакль был поставлен по заказу фестиваля уличных театров в Монпелье (Франция) и впервые показан на одной из площадей Тарреги (Испания)

          Клоуны товарищества «Комик-трест» вообще больше кочуют по свету, чем играют спектакли в родном Питере. Современное искусство Петербург явно отторгает. За последние десять лет на городском уровне не возникло ни одного нового театра. Так что «Комик-трест» в лучших традициях балаганных театров катается между Эдинбургом и Авиньоном, а завернув в Петербург, сталкивается с очередной неприятностью. Вот и теперь тоже. Как выяснилось, последнее прибежище «Комик-треста», ДК им. Первой пятилетки, вот-вот снесут ради нового здания Мариинского театра и премьеру артистам играть негде. Как всегда случается в России, помогло несчастье. Закрылся на ремонт зал другого дворца — ДК им. Ленсовета, а сцена осталась пустовать. Думалось: кому она нужна без зала? Оказалось, именно буффонам, которые принципиально не выстраивают четвертую стену между собой и зрителем.
          Большущее фойе Дворца культуры превращено в восточный базар. Две артистки «Комик-треста» в восточных нарядах угощают народ вином, халвой и рахат-лукумом, составляя серьезную конкуренцию двум настоящим барменшам за стойками. А в центре зала эффектный бородач и его ученик вербуют потенциальных зрителей в паломники. На стеклянной стене перед зимним садом - таблички с пояснением: «Мираж». Вот мы и в Египте. Публика включается в игру с видимым удовольствием: артист БДТ Михаил Морозов, кинокритик Михаил Трофименков называют настоящие фамилии и бережно прячут в карман ярко-желтые визитки «ведущего специалиста по переселению народов» пророка Моисея. Дело в том, что Моисей и его ученик — это с ходу узнаваемые «комиктре-стовцы» Игорь Сладкевич и Николай Кычев. Они вместе с актрисой Натальей Фиссон и режиссером Вадимом Фиссоном составляют знаменитый клоунский квартет, именуемый «Комик - Трестом». За последнее десятилетие им в Питере привыкли доверять. Как настоящие наследники средневекового карнавала, они шутят над всем, что более всего пугает в повседневности. Например, в начале нищенских девяностых «Комик-трест» представил помоечное шоу «Секонд-хэнд», которое тогда прозвучало как пушкинский «Гимн чуме». Нынче предметом для отвязных гэгов становится не только вся военная история человечества, но и весь опыт мирового кинематографа по изображению разного рода войн. 
          Из киножурнала, показанного перед спектаклем «Анто­ний и Клеопатра», стало понятно, что для создателей этой истории Шекспир — еще один мираж в египетской пустыне. Причем эта теория подтверждалась неопровержимыми фактами истории, собранными в уморительно смешном закадровом тексте. А дальше все еще в кромешной тьме загробный голос режиссера Фиссона объявил: «Мы нынче здесь не для веселья, нет...» И с этого момента хохот публики уже не умолкал до самого «трагического» финала.
          «Антоний и Клеопатра» — самый яркий спектакль «Комик-треста». Раньше здесь предпочитали черный и белый, в нынешней клоунаде задействованы все краски мира: галера — желтая, «фараонские» головные уборы Цезаря и Антония — зеленые, балахоны — красные. Больше всего впечатляют гигантские ресницы Клеопатры серебристо-салатового цвета. Вообще жажда жизни, любви, сильных переживаний, бурных чувств — главное в спектакле. Эмоции хлещут со сцены, как кровь в фильмах Тарантино. Цезарь и Антоний просто душат в объятиях сначала друг друга, потом какого-то несчастного зрителя в первом ряду, которого они «признали» другом Джузеппе. А на фотографа, примостившегося на ступеньке в проходе, набрасывается мумия-вампир, выскочившая из-под маленькой пирамидки. "Rykami ne trogat", — гласит надпись на заднике. И тут же понимаешь, что больше всего на свете хочешь дотронутся до Клеопатры, потому что новая героиня Наташи Фиссон похожа на большую ватную куклу. Речевой аппарат этой куклы запрограммирован на единственное слово «Антуан», но произносится оно на тысячи ладов. На материале этих интонаций психолог мог бы написать диссертацию о магических свойствах женского голоса. Такого накала страстей миру уже не выдержать. Война неминуема. На сцене — вакханалия фантазий на военную тему. До ужаса смешно. Именно: до ужаса.
          Грохочет музыка, валит ядовитый дым, и перед публикой впервые за двадцать лет Вадим Фиссон появляется как актер. Его инвалидная коляска превратилась в смертоносную машину нового терминатора: дымит, жутковато лязгает, мигает сигнальными огнями, а роль рычагов управления играют «косы смерти». «Welcome to the war!» — вопит этот новый  Марс. И, думаю, не остается в зале человека, который не мечтал бы в этот момент схватить в руки деревянный меч и броситься в игрушечный бой. На экране в режиме news - no comments сменяют друг друга эпизоды их голливудских блокбастеров, обеспечивая стереоэффект. Но больше всего прошибает почему-то камерный образ: молодой человек в фашистской форме на крошечном трехколесном велосипедике. И когда в финале умершие герои воскресают, как клоуны, и, победно выставив два пальца в воздух, поют «We аrе the champions!», кажется, что есть реальное лекарство от вируса тотальной войны, поразившей человечество. Это война карнавальная — с нарисованными смертельными ранами, но самым настоящим катарсисом.
          Единственная претензия к спектаклю: заканчивается он как-то уж слишком скоро, кажется, только разыгрались, а тут пришла мама и позвала обедать.